События в Грузии, стране, которая имеет длинную историю дружеских отношений с Украиной, и которую с нашим государством сблизили события Оранжевой революции и "революции роз", не могли оставить украинцев безразличными. В последние днями во многих украинских СМИ можно увидеть материалы, посвященные демонстрациям в Тбилиси и внедрению там чрезвычайного состояния. Имел или не имел все-таки Михаил Саакашвили право использовать силу против демонстрантов? Как будет разворачиваться ситуация в будущем? Эти и другие вопросы пока еще остаются открытыми. Между тем "Реальная политика" обратилась к Валерию Чалому, заместителю генерального директора Центра им. А.Разумкова, эксперту международных программ.

- В последние дни М.Саакашвили сделал ряд заявлений, в которых обвинял Россию в введении войск в Аджарию, в попытке оставить Грузию без энергоносителей на зимний период и др. Как вы можете прокомментировать такие агрессивные заявления президента Грузии?
- Если говорить о грузинско-российских отношениях и достаточно резких заявлениях, которые раздаются и сейчас, и раздавались раньше, то это не является чем-то новым. У Грузии есть большое количество политических сил и политиков, какие достаточно негативно оценивают позицию России по вопросом конфликта, сепаратизма, на территории Грузии. То есть, такие заявления имеют свою почву. Нужно ли это, и может ли президент страны вести такую политику – есть разные точки зрения и разные толкования, мне кажется, что для Грузии было бы важно выстроить прогнозируемые отношения с Российской Федерацией. В то же время, возможно, когда Саакашвили делает достаточно резкие заявления, он опирается на ту информацию, которая есть у него в распоряжении как у президента, в том числе, на данные спецслужб и на соответствующие советы своих структур – Совета безопасности, министерств, ведомств. Я как гражданин Украины не буду давать оценку заявлениям президента Грузии, но как эксперт скажу, что Россия – непростой партнер для сотрудничества, и если выстраивать двусторонние отношения, то следует учитывать позицию друг друга. Относительно контекста этих заявлений – конечно, все что в настоящий момент происходит в Грузии, воспринимается также и в контексте борьбы за власть. Возможно, такая позиция сплотит сторонников Саакашвили и, вероятно, такие заявления действительно будут влиять на подготовительный период к президентским выборам.

- Как вы оцениваете действия М.Саакашвили по введению чрезвычайного положения в стране?
- Я считаю, то, что состоялось в Грузии, лучше могут оценить в самой Грузии, в Тбилиси, но так, как это выглядело извне, то те способы урегулирования, которые были избраны, по моему мнению, не были адекватными ситуации, которая сложилась. Такие действия против демонстрантов, как расчищение улиц для транспорта, выглядели не очень убедительными. Относительно чрезвычайного состояния – я не думаю, что были очень правильными шаги по ограничения деятельности медиа. Даже после стабилизации ситуации, я думаю, не удастся так сразу перейти к обеспечению свободы СМИ, свободе слова, которые должны быть в демократической стране. Силовые действия, по моему мнению, были все-таки достаточно жесткими, и здесь можно говорить как раз о концентрации на силовых средствах, а не способах политического урегулирования ситуации. Еще раз скажу, что по моему мнению это были действия, не адекватные угрозам, хотя руководству Грузии, возможно, виднее. Во внешнем же измерении это однозначно воспринимается негативно. С одной стороны, все понимают, что государство имеет право противостоять угрозам суверенитету, угрозам конституционному строю, с другой же стороны, Грузия, которая прошла революционные события и прошла этап перехода к демократической системе, таким способом фактически пошла на свертывание тех достижений, которых приобрела в предыдущий период. Это негативно отражается не только на Грузии, но и вообще на идее демократических преобразований на постсоветском пространстве. Эти события, их результаты уже сегодня разыгрываются разными внешними актерами в своих собственных интересах. Я приведу пример сообщений относительно привлечения украинского спецназа в Тбилиси, что выглядит как полная глупость, но в информационных спецоперациях это уже активно используется. Я думаю, что здесь официальная власть Грузии сделала не очень хорошую услугу в плане поддержки альтернативной модели перехода к демократии и эффективной власти на постсоветском пространстве.

- В связи с этим у меня возникает два вопроса. Первое – или не сыграли такие действия президента Саакашвили в интересах России?
- Ну, я уже говорил об этом. В принципе, если брать двусторонние отношения Грузии и России, то все выглядит так, что на следующих президентских выборах Саакашвили победит, и его позиция не изменится. Но с точки зрения критики революций на постсоветском пространстве, в том числе у Грузии, их последствий, это может и будет использоваться во внутреннеполитическом контексте в самой России, ведь там в ближайший период происходят парламентские выборы, выборы президента. Таким образом в России на Грузию будут ссылаться в негативных аспектах относительно других моделей кроме управляемой демократии.


- Еще вопрос – насколько это может повлиять на позиции Украины?
- По моему мнению, одна из причин такой ситуации, которая сложилась в Грузии, – это то, что после перехода власти к Саакашвили, который, я напомню, во время "революции роз" был поддержан абсолютным большинством граждан Грузии, те надежды, которые на это возлагались, сегодня не оправдались в полной мере. Внимание концентрировалось на институтах власти, а не на широком развитии гражданского общества, реформировании, и тому подобное. Я напомню, что в Грузии программы финансовой поддержки негосударственных организаций свертывались и во многом свернуты на сегодня. То есть, власть, столкнувшись с проблемами и с неудовлетворенностью своими действиями, не смогла опереться в ходе реформирования на институции гражданского общества. Возможно, не была достаточно внутренней критики, которая бы воспринималась и могла бы предупредить президента Грузии и официальные структуры о нежелательном развитии событий в тех или других секторах. Таким образом, потом это неудовлетворение вырвалось наружу. Но если вы посмотрите на то, как разворачивались события, то увидите, что количество людей, которое вышло на демонстрации, не было уж слишком большим. Количество людей увеличились в разы, когда уже власть перешла к жестким действиям. Таким образом, это урок для Украины. Нужно всегда иметь три вещи: первое – обратная связь власти и гражданского общества, второе – сбалансированная система, которая опирается на прозрачные и понятные правила игры, где нет разных подходов к разным политическим игрокам. Третье – это постоянный эффективный контроль за властью, в том числе за действиями руководителя страны, для того, чтобы, с одной стороны, поддержать в тех реформах, которые положительно влияют на развитие страны, а с другой – контролировать ситуацию и предупреждать негативные тенденции